Выскользая из школьной системы координат, получаешь невероятную по своей силе независимость и от тех, кто подступается к тебе с оценками, и от своего собственного навыка бесконечно заслуживать их...
А ведь тем они, оценки, и жестоки, что получение их становится важнее соответствия.
Никого особо не интересует, кто ты на самом деле. Пятёрочник - значит, априори хороший, троечник - так себе, есть двойки - нечего с тобой и считаться.
Восприятие себя в режиме реальности притупляется за ненадобностью: зачем, если главное - получить одобрение и считать себя хорошим.
Отсюда и сильнейший страх оказаться условно плохим по всё тем же соображениям: нельзя сказать нет, нельзя никого разочаровать, нельзя допустить, чтобы кто-то заподозрил в эгоизме или неготовности поступить так, как от тебя ждут.
И школьное же заблуждение, что нельзя особо отличаться. Не отрывайся от коллектива, каким бы он ни был. Делай, что все делают, не размышляй.
Травить инаковость умеют так, что не сразу заметишь за беспощадностью дикий страх тех, кто травит не потому что ненавидит, а потому что больше всего не хочет оказаться на месте того, кого травят.
Выход из коверкающей личность системы лежит через старую дверь в паутине, на которой едва различимы буквы давно обесцененного и признанного банальным слова...
Слово это - ДОБРОТА.
Сохранить ему верность стало очень непросто. Тебе с ходу сто раз докажут, как это несовременно, заподозрят в нарциссической выгоде, высокомерно упрекнут в наивности.
Но что с того?
Что с того, если только доброта обладает свойством нейтрализовать самую хитро замешанную кислоту нетерпимости?
Если только она разбавляет до безопасного состояния сложную концентрацию отрицательных чувств и эмоций?
Если только она не разучилась той человечности, которая прощает несовершенство и выдерживает разность?
Доброта. Самая обыкновенная.
Никому не желающая зла.
Ни от кого не требующая невозможного.
Никого не назначающая жертвой.
Никого не сбрасывающая со счетов даже после больших провалов.
Ни у кого не отнимающая шанс на счастье и права быть признанным и согретым.
Доброта зрелого человека - не пережиток его инфантильности, а наоборот, очень взрослое свойство, взращённое глубоким пониманием её истинного предназначения.
Ей не нужны пятёрки, чтобы любить.
Ей не нужны враги, чтобы выйти отовсюду, где нет совместимости и понимания.
И ей не нужна сентиментальная розовая патока для того, чтобы приукрашивать реальность. Она с ней справляется.
Отнестись по-доброму к себе. К другим. К миру в целом.
Это не превратит его в рай. Но это напомнит о хрупкости его жителей, которые слишком заигрались в несокрушимых...
Лиля Град
